— Есть, — коротко произнесла сестра. — Вижу волну.

— Охуеть! — послышалось где-то на заднем фоне. — Врубай тревогу! Срочно, блядь! Срочно! Звони всем! Волна! ВОЛНА!!!

— Выглядит жутко, — добавила Танька от себя.

Прекрасно! Восхитительно! Роскошно! Волна пошла, тревога в городе объявлена, а значит мой план работает как часы!

— Молодцы, — сказал я. — Всё, выбирайтесь оттуда.

— Поняла.

Мы припарковались за километр до поворота к имению Клоновских и стали ждать. Двадцать минут. Двадцать пять. Полчаса и…

Вжух! Вжух! Вжух! — мимо нас понёсся кортеж. — Вжух! Вжух! Вжух! — да уж, это не минивэн Тильдикова. Я заебался считать машины, честно говоря. Внедорожники, спорткары, фургоны с эмблемами клонофермы и даже бронированный лимузин. Если не душнить и просто умножить количество машин на четыре, то мимо нас только что промчалось человек триста. И это только боевики.

Да-а, блядь. До баронов мне ещё далековато, конечно. А до графьёв? До герцогов? Ну да ничего, сровняемся.

Вжух! Вжух! Вжух! — последние автомобили Клоновских скрылись за поворотом. Поручик Пузо завёл мотор, и мы потихоньку тронулись к месту.

* * *

— М-м-ы-ы-ы-ы-ы…

— Вы-вы, — в который раз я согласился с зомби.

Вдоль по гладкой асфальтированной дороге мы…

— М-м-ы-ы-ы-ы-ы…

Да блядь!

— Вась, а ты можешь заставить его помолчать?

— Нет, Илюш, извини. Только выключить могу.

— М-м-ы-ы-ы-ы-ы…

Ладно, постараюсь абстрагироваться. Итак. Вдоль по гладкой асфальтированной дороге мы с сёстрами и зомбарями шли ко въезду в имение Клоновских.

Роса оформилась искрящимися капельками на траве и листьях, а солнце живописно подсветило верхушки деревьев. Запели птицы. Запорхали бабочки. Мир радовался новому дню. Вонь разлагающихся трупов я спрятал за стойким, чётким и бескомпромиссным запахом свежего бодуна. От нас разило алкоголем, куревом и потом.

Я был одет в свой белый костюм с заплатками на локтях. Чтобы соответствовать образу мне пришлось выпустить рубашку, закинуть галстук на плечо, расстегнуть ширинку и, — чтобы уж наверняка, — закатать одну штанину до колена.

Ксения Ильинична в свою очередь изображала малолетнюю прошмандовку: мы сломали ей каблук, порвали колготки и взъерошили волосы. Размазанную по лицу помаду, белую кожу и обычные человеческие глаза я поддерживал при помощи иллюзий; Василиска к этому времени начала уставать, и сёстры объединили усилия.

Что до Васьки, то её мы нарядили в прибившуюся к пьяным господам бродяжку. Драная куртка не по размеру и шапка-гандонка, натянутая по самый нос.

— М-м-ы-ы-ы-ыыы…

Вдали показались кованные ворота и сторожевая будка. Подойти ближе нам не дали; охранники сами выбежали навстречу.

Началось самое сложное. Теперь помимо запаха и инфернального вида Татьяны Ильиничны, мне нужно было замаскировать трупы. Расход маны увеличился втрое. У меня теперь минут пять, не больше.

— Стоять! — заорал высокий подтянутый детина с рыжей копной волос.

— Не двигаться! — заорал другой высокий подтянутый детина, вот только лысый.

Да, оба охранника были в тонусе. Всё вполне логично. Это же имение семьи барона, а не шрафстоянка или уездный ТЦ; сюда не берут на работу анекдотичную парочку из тощего-высокого и жирного-коротконогого.

— Назовитесь! Кто идёт⁉

— М-м-ыы-ы-ы-ы-ы, — впервые Антоша Клоновский промычал впопад.

Охранники остановились, присмотрелись и резко переменились в лице.

— Барин⁉ Антон Юрьевич⁉ Это вы⁉

— М-м-ыы-ы-ы-ы-ы…

— Ваше Благородие! — Лысый схватился за голову. — Слава богам! Ваш брат чуть с ума не сошёл! Мы же всю область вверх дном перевернули! Где вы были⁉ С вами всё в порядке⁉

Тут Васька на долю секунды вырубила зомби, но тут же снова подхватила контроль. Получилось, что Клоновский очень размашисто и артистично мотнул головой вперёд.

— Сеня⁉ — Рыжий обратился ко второму зомби. — Почему ты не отзвонился⁉

Сеня ответить не мог; у Сени челюсть не закрывалась. Прекрасный и удивительный мир согласных букв захлопнул перед ним свои двери.

— Ы-ы-ы-ы, — выдохнул зомби.

Я тут же накастовал сивушное облачко, прилетевшее Рыжему в лицо. Тот запах учуял. Учуял, задумался и переглянулся с напарником. Между ними произошёл какой-то короткий невербальный диалог; оба успокоились и стали вести себя подчёркнуто весело.

— Как хорошо, что вы вернулись, Ваше Благородие!

Не по статусу им делать замечания хозяину и его личному телохранителю. Да что там! Им не по статусу даже предполагать, что хозяин накидался. Такого даже замечать нельзя. Хотите писять мне на штанину? Имеете полное право, Ваше Благородие. У вас наверняка есть на то веская причина, прошу вас, продолжайте.

— М-м-ыы-ы-ы-ы…

— Дывай я сам скажу, Антох, — я хлопнул зомби по плечу и тот пьяненько отшатнулся. — Не утурдждайся. Устал человек, — пояснил я охранникам. — Кыроче, мы с вашим хозяином дывно не виделись, а тут вдруг чота увиделись, и как давай радоваться. Ну вот и залудили немножко.

— А как к вам обращаться, господин…

— КООООК-САК-КИИИИН!!! — заорал я. — Кынстантин Коксакин, барон Таганрога, давний друг вашего хозяина. Да, Антох⁉ Кто в детстве кузнечикам лапы отрывал⁉

— М-м-ыы-ы-ы-ы…

— А кто в баню лазал за девками подглядывать⁉

— М-м-ыы-ы-ы-ы…

— Точно-точно, мы. Кстати о бане, — сказал я Рыжему. — Антону Юрьевичу сейчас бы попариться хорошенько, выгнать дрянь из организма. Распорядитесь-ка.

— Сию минуту, Ваше Благородие.

Рыжий метнулся в будку звонить.

— Ну а ты чо? — я обратился к Лысому. — Открывай давай ворота. Проводим Антоху, да пойдём уже. Мне ещё вон, — я мотнул головой на Ксению Ильиничну, — мадаму эту возвращать, а то мы её и так уже почти неделю продлеваем.

Лысый кивнул и тоже убежал. Кованные ворота отъехали в сторону, и мы вошли на территорию семьи Клоновских. Кучеряво живут, черти. Газоны у них тут, фонтаны. Прудик с карпами. Помимо основного хозяйского дома, — того, что вдали, — на территории стояли ещё штук десять, поменьше. Надо же где-то содержать всю ту ораву, которая проехала мимо нас кортежем?

Ох и оживлённо тут было бы в другое время. Ох и получили бы мы пиздов от Клоновских боевиков. Ох и хитрая же я всё-таки паскуда.

А вот и баня! Хрен спутаешь. У меня в прошлой жизни тоже такая на участке стояла; в форме бочки.

Мы чутка посидели в предбаннике и подождали, пока местный аналог Кузьмича раскочегарит печь. Маны оставалось совсем на донышке и лишь страх того, что она вот-вот закончится, поддерживал выработку новой маны.

— Усё готово! — старик раскланялся и вышел вон.

Остались последние штрихи. Васька загнала Антона Клоновского и Сеню в парилку, а я тем временем поджёг лавочку в предбаннике. Огонь начал довольно шустро кушать дерево. Как бы нам успеть съебаться до тех пор, пока не полыхнуло.

— Ну всё, — сказал я. — Валим-валим.

— Если будете в Таганроге, ребят, спрасите Костю Коксакина, — доебался я напоследок до охранников. — У меня там на заливе пляж свой есть, хоть покупаетесь нармальна, а то у вас тут чо… речки, бльдь, ванючки… Короче, запомните, пацаны! Люди моего друга — это мои люди! Ну всё! Не хворайте! Всех благ!

— До свидания, Ваше Благородие!

— Ага.

Очень хотелось побежать, но нужно было сохранять спокойствие. Нужно было продолжать играть свои роль. Но как только будка охранников скрылась из зоны видимости, мы рванули что есть мочи. Ксюша скинула с себя испорченные туфли, я подхватил Ваську на руки.

Поручик Пузо к тому времени уже развернулся. Как только мы прыгнули в салон, джип сразу же сорвался с места.

— Спасибо, Ксюш, — сказал я. — С меня причитается. Васька, ты вообще умничка.

Пузо заискивающе косил на меня одним глазом.

— Поручик, вы тоже примите мою искреннюю благодарность.

— Рад стараться, Илья Ильич! Куда дальше⁉